Человеческому страданию свойственны восприятие, фантазирование и бездействие.
Именно в этих исключительных факторах работы психики и сокрыты три основных страха человека: страх утраты, страх одиночества и страх «не быть или быть, но под запретом».
Если верить тому, что страх — это невозможность совершить действие, поступок или любую активность, (не говоря о деятельности), то тот, кто боится, никогда не станет автором своей жизни. Ведь жизнь — это возможность прежде всего «дерзить» и действовать. Возникает вопрос — каким образом восприятие и фантазирование делают нас заложниками собственных иллюзий и авторами собственного бездействия, которое и составляет содержание любого из этих страхов? И что следует знать о себе и помнить об этих основных страхах нашей жизни?
Прежде всего помнить, что у всех этих страхов есть общие показатели:
Немного о содержании страха, точнее о его смысле.
Если вам свойственно беспокойство и напряженность по поводу возможной утраты кого-то или чего-то, но эта утрата не происходит; если вы достаточно долго «не определены» в отношениях или часто путаетесь в тех отношениях, которые скорее вас угнетают и делают более несчастным, чем счастливым; если по вашим меркам все должны вас признавать, любить, ценить и «не бросать», если у вас присутствует иллюзия, что вы кому-то нужны, кто-то в вас нуждается, однако, это не всегда является источником вашего счастья и радости — вы пребываете в страхе утраты.
Это самый ранний страх, который полностью наполнен аффектами и напряжением при полном отсутствии логики или мысли. Этот страх самый аффективный и «страстный» из всей когорты страхов, он тотально покрыт аффектом и его никогда нельзя будет измерить его же основным источником — наличием реальной утраты. Ведь утрата в этом страхе отсутствует. Этот страх — это воображение и фантазия, которые исключают реальную утрату.
Если содержанием истинной утраты является смерть, то страх утраты – это скорее наследие, которое перешло к нам из раннего детства. И в проживании этого наследия мы можем много чего узнать в себе того, что не подвластно человеческому сознанию и его состоянию взрослости. А именно — как мы «сожительствуем» со своим аффектом, напряжением и умеем ли мы просто получать удовольствие.
Этому страху свойственна одна важная черта — в нем мы боимся самих себя, но напрочь отказываемся осознавать, что в центре страха одиночества стоим мы сами, наш внутренний мир и наши нежелаемые черты, ожидания и потребности. Этому страху свойственно глубокое переживание по поводу потребности и поиска партнера, друга, любимого(ой), мужа (жены). И в этом поиске весь «смысл» такого страха! Мы ищем другого, чтобы уйти или «спрятаться» от самого себя в мире «компенсаторной» любви (дружбы, сотрудничества, заботы). Конечно же мы обречены, ведь эта компенсация никогда не закроет страх и, как следствие, нас постигнет глубокое разочарование. Эмоционально же мы переживаем этот страх понижением активности, стыдом, желанием всем нравиться и отчаянием, когда все это не находит подтверждения.
Ведь в этом страхе «под удар» поставлено наше желание и возможность любить, начало которого находится внутри нас, но… в этом месте «пустота». И как известно, отдавать можно лишь то, что имеем.
Самый «зрелый» страх. Ведь с ним мы сживаемся и активизируется, но только в том случае, если возникают амбиции, цели, желания, которые выходят за стандартный способ жизни и требуют презентации себя в этой жизни. Это страх «зрелых людей», которые могут все, но «для других» и никогда не преодолевают парализующего действия собственной невозможности заявить о себе, выйти за границы стандартных образов себя в глазах других. Люди, которым свойствен этот страх, страдают от собственной лжи, содержание которой — малодушие и невозможность преодолеть в себе искушение всем «быть удобным», всех обслужить и получить признание и одобрение.
Этот страх позволяет положить свою жизнь на алтарь ради жизни другого человека, при котором никогда не возникнет сомнения, что «прожить для другого» — это преступление против самого себя и исправить которое, увы, невозможно по причине утраты времени и необратимости жизни.
В чем же здесь тайна восприятия и фантазии?
Фантазия состоит в том, что эти страхи являются не реальными. Как бы ни хотелось, но их содержание — это всего лишь незавершенные фантазии ребенка, которым мы все когда-то были. У взрослого человека не может быть страха, ибо в отличие от ребенка, у него есть осознанность, критичность и способность делать выбор, принимать решение и действовать; либо просто действовать, но в нужном направлении.
Восприятие. Ему принадлежит основная роль! Первоначально, воспринимая страх как нечто реалистичное, мы всегда боимся самих себя в достижении значимого результата. Однако способность рассматривать свой страх в разрезе «наличия или отсутствия действия» есть механизм к его управлению.
Так, рассматривая страх утраты, как настойчивое требование «чтобы тебя обслуживали и тотально нежили и любили», мы получаем эксклюзивное право любить и искать любовь в мире, но самостоятельно.
При страхе одиночества у нас есть намеки на возможность получения эксклюзивного права собственности на самого себя, мы получаем «прайс» себя. Как следствие, мы обретаем себя, узнаем свои потребности, хотя и «троллим», но признаем свои желания и, конечно же особенности (которые, возможно уже кто-то ищет).
При страхе «быть запрещенным» мы отказываемся от иллюзии «обесценивания» других, ведь те «другие» тоже в отношениях со своими страхами.
Мы просто становимся способным быть автором собственной жизни! И мы уже не «драйвуем» от наслаждения быть ответственным за других (ведь по сути, она им и не нужна). Мы признаем, что наше малодушие по отношению к себе и трусость в презентации своих решений и амбиций делает из нас «средство удовольствия для другого», который никогда этого не осознает и не поблагодарит. Мы признаём ценность времени, которое является датчиком нашей жизни. Мы учимся сотрудничать, а не врём себе, что «создаем другого и делаем ему добро». Мы понимаем, что наши ресурсы — время, место и действие; это средства создания СВОИХ проектов, моделей, матриц.
Если же воспринимаем страхи как обреченность, мы реально обречены всегда быть бездейственными и зависимыми в любви, всегда бояться и избегать самого важного человека в своей жизни — себя самого и, конечно же, мы никогда не напишем роман нашей собственной жизни…Мы напишем его, но для другого или о другом…
Не забывайте, что самое неэффективное вложение — это «кормление» страхов, в которых утрачивается единственное, что никогда не вернешь — время жизни!
Человек обречен иметь страх, однако эта обреченность исчезает с «рассветом» нашего принятия себя, способности критично оценивать мир и никогда не отказываться от себя.
Взрослый человек (в отличие от ребенка) обречен НЕ бояться, если действует. А затянувшуюся во времени остановку, мы и называем СТРАХ!
<< Вернуться к списку статей
